Александра ДЕРБЕНЕВА

Тайные нюансы Шереметевских вечеров.

С 19 февраля по 17 марта в Мариинском театре проходят симфонические вечера, объединенные идеей возрождения традиции Шереметевских общедоступных концертов.

В эпоху своего расцвета петербургская культура баловалась разного рода изысканными штучками. В их числе были и общедоступные концерты графа Шереметева. В начале века Александр Дмитриевич Шереметев - единственный из родовой аристократии всего мира - содержал оркестр и хор. Этим он не только снискал любовь и почитание современников, но и вошел в историю как основоположник музыкальной традиции. Слушатели концертов Шереметева впоследствии стали публикой Ленинградской филармонии. Кировского театра и МАЛЕГОТа. Граф заложил прочную основу развития музыкального просвещения в советской стране.

Возрождая традицию вечеров Шереметева. Мариинский театр организовал цикл общедоступных симфонических концертов: здесь выступают молодые солисты театра, хор и оркестр под руководством Николая Корнева. Часть программы занимает репертуар XVIII века - времени основания шереметевской традиции. Произведения Глюка и Перголези пела еще легендарная Прасковья Жемчугова - крепостная актриса и певица, в замужестве графиня Шереметева. Родовая русская аристократия знала вкус жизни.

Концерт, который состоялся 3 марта, стал поводом для размышлений именно о вкусе жизни: слушание популярных, знакомых до привычки произведений Вивальди ("Времена года") и Перголези (Stabat Mater) превратилось в событие неординарное.

Дело не только в том. что солисты концерта Сергей Левитин. Анна Нетребко и Злата Булычева продемонстрировали чудеса профессионализма высшей марки, а оркестр "Моцартеум" - образцы самозабвенной музыкальности. Дело в нюансах, которые, казалось бы, являются незначительными мелочами жизни, а на деле приближают к ее подлинному, во всей полноте чувств, переживанию.

В первом отделении концерта такой определяющей деталью стал состав инструментов "Моцартеума" и скрипка солиста, сделанные петербургским мастером Александром Рабиновичем. Нюансы сплелись в тембровый узор редкой выразительности. Музыка оживала красками, блистая лучами итальянского солнца. Великий Вивальди оставил нам послание о радости жизни столь же сказочной, как страна Италия для каждого русского человека. В этой стране были созданы скрипка и миф о ней. связанный с именами Амати и Страдивари. Инструменты Сергея Левитина и музыкантов "Моцартеума", кажется, были наделены способностью петь по-итальянски. Скрипка являлась как чудо и произведение искусства. Секрет итальянского тембра и вдохновенной лучезарности звучания инструментов Рабиновича остается, как и во времена Страдивари, тайной. По всей видимости, мастер открыл итальянскую технологию грунтовки, благодаря которой структура дерева становится сходной с маленьким органом. Рождается звук, способный передавать малейшие движения души музыканта и ее вдохновенные порывы.

Говорит Сергей Левитин, солист концерта, первый концертмейстер оркестра Мариинского театра, лауреат всероссийских и международных конкурсов: "Больше двух лет назад я впервые взял в руки скрипку Александра Рабиновича. Мне трудно передать то ощущение особого контакта с инструментом, которое тогда возникло. За эти два года мне довелось играть на трех инструментах мастера, и у каждого - свой характер. И у всех - живая душа, которая отвечает тебе. При всем разнообразии инструментов они объединены рукой одного мастера, и это открывает необыкновенные ансамблевые возможности. Тембровая сбалансированность и богатство звуковой палитры такого ансамбля превосходят все ожидания. Каждая скрипка Александра Рабиновича - неповторима. Они - как красивые женщины: каждая прекрасна по-своему...".

В дополнение к скрипкам петербургского мастера во втором отделении концерта явились оперные дивы, и впечатление от музыки достигло вершин магнетического воздействия. Голоса певиц. Анны Нетребко и Златы Булычевой, и скрипки "Моцартеума" играя тембровыми красками, слились в единую по колориту, фактуре, манере звукоизвлечения материю. Скорбное повествование Stabat Mater о страданиях Богоматери у креста Спасителя превратилось в откровение о "вечно женственном" с его просветленной нежностью к судьбам мира. Голос Анны Нетребко своими чистыми линиями, немыслимым пиано и чувственно-обволакивающим тембром проникал в душу каждого. Эта певунья с легкостью уводила в иное измерение.

Музыка, будучи душой и тайной дома Шереметевых, провоцировала на такие безумные поступки, как женитьба родовитого графа на крепостной Жемчуговой. Публика уходила в состоянии легкого потрясения, с благодарностью поглядывая на рекламу банка-спонсора, этого новоявленного Шереметева.

16.03.2000 "Вечерний Петербург"