Екатерина КОМОВА

"Почти итальянки" петербургского Страдивари

За выставленную на аукционе Christie's скрипку Страдивари его организаторы надеются выручить рекордную сумму – 2,5 млн долларов. Между тем, в Санкт-Петербурге работает мастер, которому удалось разгадать секрет великого итальянца. По словам специалистов, скрипки Александра Рабиновича ни в чем не уступают шедеврам Страдивари.

Даже профессиональный музыкант не сразу отличит эти инструменты от шедевров великого Страдивари. Благородная форма дек, оранжево-коричневый оттенок лака - все в точности, как у итальянского мастера. Но главное - голос похож. Хотя звучат скрипки не три столетия, а всего каких-то 10 лет.

После того, как Илья Грингольц выиграл конкурс Паганини, музыкальная критика не перестает его сравнивать с легендарным скрипачом. Оба виртуоза играли на скрипках Страдивари, но Грингольцу с любимым инструментом пришлось расстаться. Поиск несравненного голоса, казалось, был обречен на провал. Но вот уже два года в его руках - скрипка с клеймом "Александр Рабинович".

Крохотная комната в центре Петербурга - мастерская Рабиновича. В своем шкафу он прячет солнце. Четыре ультрафиолетовые лампы - это для скрипки и солярий (она, как истинная итальянка, должна быть загорелой), и сушилка (мокрое дерево не поет). Это единственная часть производства, куда допущен прогресс. В остальном - четкое следование старинным технологиям.

"Свод, толщины повторяются вплоть до сотых долей миллиметра. Лак подбирается точно такой же по цвету, как на копируемом инструменте. И самое смешное - на нем делаются потертости и царапинки, как на оригинале", - рассказывает мастер.

На изучение химии и разгадку тайн Страдивари ушло 40 лет. Рабинович доказал, что главный компонент знаменитого лака - янтарь. Итальянец покрывал скрипки смолой со склонов вулкана Этна: она имела уникальное свойство пропускать звук. Но запас сицилийского янтаря давно иссяк. Потому Рабинович нашел максимально близкий по составу - на Балтике. А сам материал, как и 300 лет назад, доставляется исключительно из альпийских лесов. Скрипки из немецкой ели, покрытые прибалтийским янтарем, звучат почти по-итальянски.

"Его инструменты не умирают. Они не перестают звучать, а продолжают и набирают вкус, как хорошее вино", - убежден первый концертмейстер оркестра Санкт-Петербургской академической филармонии Лев Клычков.

На выставках скрипичных мастеров не перерезают ленточек. Красивая традиция - извлечение первой ноты считается рождением нового инструмента. У Рабиновича эта скрипка - четырехсотая. Пока есть только номер. Чтобы заслужить имя, нужно время.

13.05.2006 www.vesti.ru